В объятиях монстра  - Джорджиана Золомон

Конечно, я понимала, что он испугался за себя и Сару, но мне тоже было страшно, и я наивно полагала, что старый друг будет стоять за меня до конца.

За последние два года мы столько всего пережили вместе: раскрутили мой сайт, вкалывали, как проклятые, чтобы обеспечить детей и откладывать ему на лечение. Два месяца тому назад сделали ему последнюю операцию, и теперь Васильев снова был здоров, мог сам ходить, передвигаться без палочки и усилий, а самое главное, что боли практически сошли на нет.

Я провела столько бессонных ночей, делая выпечку и праздничные торты на заказ, всеми силами пытаясь помочь тому, кого искренне начала считать своей семьей.

Я сделала все, чтобы Сара росла, чувствуя, что у нее есть та, кто всегда сможет заменить ей мать. Я сделала все возможное, чтобы племянница не чувствовала себя обделенной и ни разу не попросила ничего в ответ. Только надеялась, что Артем мне действительно друг.

Я думала, что чтобы не произошло, Артем всегда будет стоять за меня горой.

Ошиблась. И теперь я не могла и просто не хотела слушать его глупых заверений о том, что все будет хорошо.

Ничего не могло быть хорошо.

Криминальный авторитет забрал моего ребенка и грозился больше никогда не дать мне его увидеть, а Васильев собирался и дальше петь песню, что мы что-нибудь придумаем! Что мы могли придумать? Собрать Делориан? Активировать супер-силу?! Нужно было здраво мыслить и принимать ситуацию такой, какой она являлась на самом деле. Самообман ничего бы не дал.

Придумать я могла только одно – бежать вслед за Лешей. Умолять. Просить. Настаивать. Не отставать. Другого выхода не было.

Быть может, он бы сжалился… а если нет… что ж, в этом случае мне и терять-то было нечего. Любимый мужчина оказался монстром, друг спрятался за угол, как только запахло опасностью, сестра предала и готова была предать еще много раз, только позволь ей.

За что мне было цепляться, если не за ребенка, которого я чудом получила, благодаря благосклонности кого-то свыше? Шанс, что я забеременею во второй раз был настолько мал, что можно было свести его к нулю.

Поэтому я собиралась бороться. Я не могла, просто не могла сдаться. Отчаяние и злость были хорошими мотиваторами. Как показал собственный опыт.

– Виола, это глупо, ты просто попадешься ему под горячую руку! Да послушай же ты меня!

– Хватит! – Артем попытался отобрать у меня большую спортивную сумку, в которую я начала бросать свои вещи. Нужно было срочно лететь в Питер.

Боже, да Алексей хотя бы знал, что можно есть нашему сыну? А про его аллергию? Князь ничего не знал о Кирилле, но увез его к черту на кулички, даже не спросив об элементарных вещах! И это он говорил о гордыне? Он говорил, что я была не права?

Да, возможно. Я не стремилась оправдать себя, я видела, как больно сделала Леше и осознала это именно сегодня, когда увидела его взгляд… когда он взял на руки нашего сына… я не имела права лишать его долгожданного подарка. Но я была беременна, напугана, сломлена его предательством и нерешительна.

Он же был мужчиной! Сильным, многое пережившим, неужели он действительно и дальше собирался вести себя, словно обиженный ребенок?!

Нет, я не верила. Я помнила Алексея другим. Спокойным, сдержанным и рассудительным. Мне просто нужно было достучаться до той стороны его личности.

– Виола, я боюсь за тебя… – тихо произнес Васильев, отпуская ручки сумки.

– Что ты предлагаешь, Артем? Сидеть, сложа руки? Забыть о сыне? Сделать вид, что Кирилла и не существовало в моей жизни?! Ты бы отдал Сару?

– Но… что, если он сделает с тобой что-нибудь?

– Артем… это пустой разговор, – отрезала я, разворачиваясь к шкафу. Брать нужно было только самое необходимое. Остальное могло подождать.

– А как же мы? Я и Сара? Ты нужна ей, ты же знаешь…

– Ты рехнулся?! – прокричала я, бросая одежду с вешалками прямо на пол. – Ты говоришь мне о себе, когда моего ребенка силой забрали и увезли в другой город?! Ты понимаешь, что несешь?!

– Виола, я…

– Нет! Хватит! – Я сжала руки в кулаки. – Ты знаешь, как я люблю племянницу и не посмеешь упрекнуть в том, что я чего-то ей недодала, но сейчас ты просишь невозможного! Ты просишь сделать выбор в вашу сторону, забыв о родном сыне! О моем единственном сыне! Извини, но ты просишь о невозможном!

– Я не имел в виду…

– Разговор окончен, Тем. Извини.